Банкир Ахметова: Нет необходимости часто встречаться с Акционером

Банкир Ахметова: Нет необходимости часто встречаться с Акционером

04.07.2019

Стены кабинета предправления банка ПУМБ Сергея Черненко плотно увешаны записками – корреспондент LIGA.net застал банкира в разгар подготовки к стратегической сессии банка.

К неопределенности в политике и экономике ПУМБ неплохо подотовился: сейчас он один из наиболее прибыльных банков на рынке и самый успешный среди финучреждений с украинским капиталом. Поддерживает свой финансовый центр и владелец банка Ринат Ахметов – до 2021 года он не будет забирать из ПУМБ дивиденды.

Черненко не скрывает удовлетворения результатами, но осторожно рассуждает о перспективах рынка, задумываясь о потенциальной стагнации. На чем сейчас зарабатывают крупные банки, которые раньше кредитовали большой бизнес и куда ушли "золотые времена" украинского банковского сектора? Об этом – в интервью СЕО ПУМБа для LIGA.net.

О КРИЗИСАХ И ПРИБЫЛЬНОСТИ

- В прошлом году ПУМБ получил около 2 млрд грн чистой прибыли – лучший показатель в истории банка, предыдущий рекорд был в 2010-м. Когда было сложнее зарабатывать – сейчас, после того как кризис только закончился или в начале "десятых", когда конкуренция была на пике?

- В плане эффективности в 2018-м мы сработали значительно лучше – 36% возврата на капитал, притом, что, например, в 2010-11 годах было 10%. Но результат прошлого года для нас ценен даже не этим – сейчас мы наконец-то увидели результат перестройки бизнес-модели. Процесс начался еще в 2008 году, к началу кризиса 14-го мы не успели его завершить, полноценный эффект почувствовали только в последние год-два.

- Хотите сказать, что к модели с уклоном на кредитование физлиц вы пришли уже после кризиса 2008 года, а не в кризис 2014-2015, как многие другие банки?

Читайте также

В ПУМБ рассказали, почему не будут платить дивиденды Ахметову 04.07.2019Нацполиция расследует хищение по карточному счету клиента ПУМБ 14.05.2019Вижу все. Зачем ПриватБанку доступ к нашим звонкам и геолокации 22.04.2019

- До 2008-го рынок был совершенно другим – все росло сумасшедшими темпами, кредиты выдавались большими тикетами "в одни руки", эффективность толком никого не заботила, портфели удваивались, поэтому всех интересовал больше мультипликативный эффект, даже если он и не поддавался рациональному объяснению. Например, тогда не так уж и редко можно было встретить показатель мультипликатора капитала 5-6, что в "обычной" банковской практике – чистое сумасшествие. Вероятно, это делалось с одной целью – раздуть бизнес и потом быстро продаться, желательно иностранцам. У кое-кого это получилось, но в целом кризис 2008 года показал всю ущербность этой стратегии. Мы тоже сильно от этого пострадали, поэтому решили отходить от концентрации на работе с крупными клиентами. Собственно, поэтому мы купили банк Ренессанс-Кредит.

- Это как-то помогло в кризис 2014-го?

- Все могло быть гораздо хуже – некоторые наши крупные корпоративные клиенты, от которых мы отказались, в итоге принесли много проблем другим банкам. Для некоторых крупные дефолты наших бывших заемщиков стали фатальными.

 


Сергей Черненко (фото - Андрей Гудзенко/LIGA.net)

 

- Если подытожить – каким ПУМБ был, каким стал сейчас?

- Мы были бутиковым банком для крупных и средних корпоративных клиентов. Сейчас – кредитуем физлиц, кроме ипотеки и авто-, работаем с малым-средним бизнесом.

- В первом квартале 2019-го вы удвоили показатель прибыли по сравнению с первым кварталом 2018-го. Рассчитываете удвоить прибыль по итогам этого года?

- Хотелось бы, но генерировать 4 млрд грн прибыли в год пока для нас нереалистичная задача.

- Почему?

- У нас нет цели расти любой ценой, выдавливая максимум с рынка. Мы понимаем, что экономика страны сейчас развивается не самыми большими темпами, она подвержена внешним шокам, у нас остается конфликт на Донбассе. По-моему, сейчас лучше придерживаться консервативных позиций.

- Сколько планируете заработать в 2019-м?

- Не готовы пока разглашать план, поскольку это сложный для прогнозирования год – не только из-за политики и неопределенности курса нового правительства, но и в силу того, что мировая экономика долгое время находится в стадии роста. Рано или поздно все обернется рецессией.

- Результат первого квартала соответствует плану?

- Примерно на 200 млн грн больше, чем мы ожидали.

- Что позволяло удваиваться до сих пор?

- У нас очень высокий темп роста нового бизнеса. Во-вторых, мы хорошо отработали проблемный портфель: деньги, которые в течение последних трех лет были заморожены в резервах, удалось вернуть в бизнес, сначала – в ценные бумаги, позже – в кредитный портфель. В-третьих, даже во время кризиса 14 года мы не уходили с рынка потребительского кредитования, что позволило занять лидерские позиции в то время, когда конкуренты покидали эту нишу. В-четвертых, мы лимитировали кредитные отношения с крупными корпоративными клиентами, но зато много инвестировали в сервис. Теперь мы один из самых привлекательных банков, с точки зрения обслуживания юрлиц, например, входим в топ-3 по объемам валютообменных операций. Для нас это и остатки на текущих счетах и доход от комиссий.

О ВЛИЯНИИ АХМЕТОВА

- Несмотря на хорошие результаты, вы не будете платить дивиденды акционеру до 2021 года – почему?

- Это стратегическое решение – мы договорились, что банк сначала очистит баланс и создаст буфер капитала для уверенности в стабильном развитии, а потом уже будет выплачивать дивиденды. Возможно, это произойдет и раньше 2021 года, но пока прежний план остается в силе.

- Кто инициировал это соглашение?

- Сам банк.

- Дальше вы будете отдавать акционеру всю прибыль?

- Нет, это будет пропорция – часть на дивиденды, часть – на развитие банка.

- Вы лично часто встречаетесь с Ринатом Ахметовым?

- В этом нет необходимости – у банка все хорошо, вопросы мы решаем через набсовет, в который входят представители SCM и независимые директора. Сейчас не та ситуация, когда акционеру нужно как-то вмешиваться в происходящее.

О БОЛЬШИХ ДОЛЖНИКАХ И КОНФЛИКТЕ С УЗ

- Вы решили проблему самых крупных должников в прошлом году – компании Амстор и группы Континиум. Кто из крупной проблемки остался?

- Таких заемщиков у нас очень мало. Единственный крупный клиент, по которому у нас нет плана реструктуризации, и мы понимаем, что ничего от него не добьемся – НПО имени Фрунзе (принадлежит Константину Григоришину, Вадиму Новинскому и Владимиру Лукьяненко - Ред.)

- Без шансов? 

- Я бы не сказал, что совсем без шансов, поскольку это достаточно крупное машиностроительное предприятие с хорошим оборудованием. Но прогресса в переговорах у нас как не было, так и нет.

- Укрзалізниця недавно обратилась в суд, чтобы взыскать с ПУМБа 1 млрд грн*, которые вы в свою очередь отсудили у Донецкой железной дороги. Ваша версия происходящего – как оцениваете свои шансы на успех в этой тяжбе?

- Мы все понимаем – УЗ тоже пострадала от этого кризиса и войны, и мы были готовы пойти компании навстречу, у нас даже были готовы к подписанию меморандумы о длинной реструктуризации этого долга. Но потом позиция УЗ резко изменилась: они сказали, что не будут платить, потому что у них форс-мажор. На мой взгляд, это крайне плохой пример поведения со стороны госкомпании: зачем уходить в дефолт, если есть возможность договориться?

- Вы успели физически взыскать эти деньги с ДонУЗ?

- Да.

- Чем УЗ мотивирует требование вернуть их?

- Они говорят, что правопреемственность УЗ по отношению к ДонУЗ до конца не наступила. Но мы полностью уверены в правильности нашей юридической позиции.

- Вы не пытались заново договориться с руководством Укрзалізниці?

- Пытались, но они категорически приняли решение не брать на себя обязательства ДонУЗ и прекратили все контакты.

О НОВЫХ КРЕДИТАХ И "ЗОЛОТЫХ ВРЕМЕНАХ"

- Как в целом оцениваете уровень риска новых заемщиков?

- Если брать все портфели – и физиков и юрлиц – мне кажется, что это едва ли не самый качественный набор клиентов за всю историю банка. Думаю, по рынку наблюдается та же ситуация.

- "Золотые" времена?

- Сейчас довольно сложный момент для банковской системы. С одной стороны, политика НБУ по таргетированию инфляции прямо связана с ограничением темпов роста денежной массы. С другой – Минфин агрессивно покупает деньги на рынке под очень высокую доходность. Банкам очень сложно конкурировать за этот ресурс, соответственно денег, которые можно было бы инвестировать в кредитование, не так много. Корпоративные вклады практически не растут, физлица – чуть лучше, но этого объема не хватает, чтобы профинансировать рост портфелей который мы сейчас наблюдаем. Выходит, что банковская система фактически проедает накопленную ликвидность.

- За счет чего возможен дальнейший рост?

- Естественного потенциала для роста мы пока не видим. Для этого нужно, чтобы НБУ изменил монетарную политику. Второй вариант – серьезные иностранные инвестиции. Пока все выглядит так, что система находится на пике эффективности. Дальше – стагнация.

- Мало кто из финансистов ожидает, что учетная ставка НБУ будет ниже 16% в конце этого года. До какого уровня она должна опуститься, чтобы это стимулировало банки к развитию?

- Для нас важна не столько сама по себе учетная ставка, сколько согласованность политики НБУ и Минфина. Более глобальный момент – стимулирование экономики, чтобы сюда заходили инвестиции. Банки будут первыми, кто выиграет от «новых» денег в экономике.

- Тем не менее банки, похоже, побьют прошлогодний рекорд по прибыли – за счет чего? Кредитные карты и потребкредитование?

- Потребкредитование – это ограниченный рынок, у него есть определенная емкость и мы, как лидеры в этом сегменте, уже видим, что возможностей для роста не так много. Некоторые ритейлеры рассказывали, что они не смогли выполнить прошлогодние планы продаж – конец года оказался более скромным, чем они ожидали. Поэтому мы концентрируемся сейчас на кредитных картах и кредитах в отделении – сейчас это более маржинальный бизнес.

- В последние годы розница росла темпами в 40-50% в год и выше – темпы сохранятся, учитывая, что это одно их самых выгодных для банков направлений?

- Банковская система сейчас вернулась к объемам розничного кредитования, которые были в 2013 году – но это только в гривне, в долларах мы по-прежнему сильно отстаем от того, что было тогда. Но опять же, главное ограничение здесь – свободный ресурс, его не так много, хотя и потенциал для роста значительный. Второй момент – конкуренция. Если раньше нам нужно было добиться, чтобы у клиента просто была кредитка, то сейчас мы конкурируем за то, какая из многих карточек будет лежать в его кошельке первой.

- Банки настойчиво предлагают клиентам воспользоваться кредитными деньгами – Это не может стать проблемой? Многие заемщики могут, например, через мобильное приложение открыть кредитный лимит на несколько десятков тысяч гривень – не считаете нужным более строго подходить к их оценке?

- Пока это не выглядит угрозой. Но, если в будущем темпы роста сохранятся, это может создать проблемы – не зря НБУ в этом году подвергает стресс-тестированию розничные портфели всех банков. В целом мы не против более детально изучать портфолио клиентов, но это не всегда возможно – часто мы не видим, сколько и в каких банках у него есть долги, потому что это непубличная информация.

- НБУ еще не заинтересовался сегментом МСБ? Многие банки пытаются активно работать в этом сегменте, портфели тоже растут достаточно динамично.

- По сравнению с розницей МСБ – это все еще очень малые объемы. Да, есть рост, но база сравнения низкая, чтобы говорить о каких-то трендах. В любом случае, эти портфели тоже попадают в стресс-тест НБУ. Но, кстати, я бы даже сказал, что Нацбанк сейчас наоборот хотел бы как-то стимулировать этот рынок, что логично – с точки зрения регулятора, система, которая работает с физлицами и малым бизнесом, выглядит намного здоровее, чем когда все крутится вокруг крупных корпоратов.

- Вы довольны качеством портфеля МСБ?

- Да, качество шикарное. У нас почти нет невозвратов – это притом, что мы удваиваем объемы.

О COREZOIDИ БАНКЕ-СУПЕРМАРКЕТЕ

- Осенью вы представили совместный проект с компанией Middleware Александра Витязя – довольны результатами? Есть замечания к системе Corezoid?

- Corezoid позволил нам радикально ускорить процесс развития IT-составляющей. Сейчас мы параллельно готовим несколько технологических проектов, каждый месяц выпускаем обновление для мобильного приложения. Раньше это была недоступная роскошь.

- Что вы хотите получить от сотрудничества с командой Витязя в будущем?

- Наша общая цель – работать над ускорением всех процессов в банке. Мы называем эту концепцию 5-15-30: 5 минут на обслуживание, 15 – на открытие счета новому клиенту, 30 – на оформление кредитного продукта. У нас есть компетенция в понимании потребностей нашей аудитории, но без гибкости, которую дает Corezoid, этого было бы недостаточно.

- Как вам концепция "банка-супермаркета" ПУМБ мог бы стать таким?

- Концептуально – мог бы, но мы пока не ставим перед собой такой цели. Сейчас для нас скорее главное продвинуться технологически – речь прежде всего об обмене информацией через систему открытых API. В будущем это позволит сотрудничать с другими финтех-компаниями, которые сами предоставляют массовому потребителю максимально широкий перечень услуг.

*сумма уточнена после выхода интервью


Все публикации